Список статей
А. Добротворская. Лейла и ее Страна чудес. Театральный Петербург, 15 (134), октябрь 2007
Н.Елисеев. Отцы и дети." Эксперт Северо-Запад" № 40(342), 29 октября 2007
Окна в сказку. Большая газета, 2007-2008
Утро Петербурга, №69 (503), 1-3 октября 2007
Бархатисто-аккордные пастели Лейлы Казбековой
1 октября, ровно в день ее рождения, в галерее ArtReflex (пр. Бакунина, 5) открывается персональная выставка Лейлы Казбековой. Встретившись с этой удивительно очаровательной, талантливой и очень легкой в общении девушкой, наш корреспондент задала ей массу вопросов.
Беседа была очень непринужденной и обо всем на свете, так что и газетного разворота не хватило бы для полной версии. И для публикации мы решили отобрать самое важное - то, что больше всего тревожит этого молодого, но опытного и действительно талантливого в своей профессии графика. Да и потом: стоит ли выдавать девичьи "секреты" все и сразу?..
- Лейла, ты по образованию книжный график, зачастую работаешь в технике пастели, иногда пишешь маслом, что тебе нравится больше?
- Мне нравится делать и то и другое. СМена занятия - тоже некий отдых. Когда, например, днем делаешь станковые листы, пастелью работаешь, а вечером занимаешься книжной графикой, это очень приятно. К сожалению, в последнее время у меня так редко получается. Оформление книг и создание собственных картин - очень разные виды творчества. В одном случае ты задаешь себе тему сам, в другом - ее диктует книга. Ты не можешь далеко уйти от текста, во-первых, и потом книжная иллюстрация - это обычно многофигурная композиция. А вот в пастелях, например, у меня не присутствуют ни люди, ни животные. Это в основном пейзажи.
- А почему в твоих пастелях почти никогда не встречается ярких красок, а доминирует зеленовато-коричневая и охристо-бежевая гамма?
- У каждого человека есть цветовая гамма, в которой он себя комфортно чувствует, начиная от выбора одежды и звканчивая созданием интерьеров для своего дома. Мне комфортно в такой гамме. Она теплая, бархатистая, спокойная. Это как некое отражение меня самой.
- Ты выросла в художественной семье. Твой папа - Латиф Казбеков, известный художник. В каком возрасте ты поняла, что хочешь стать художником тоже?
- Я почему-то этознала с самого начала. Когда я была маленькая, и меня спрашивали, кем я буду, отвечала: "Я буду, как папа". Но у моего папы вызвало большое удивление мое намерение поступать в 8-ом классе в художественную школу, потому что до этого времени я вообще практически не рисовала.
- Как за годы изменилось твое отношение к выбранной профессии?
- В детстве я, конечно, смотрела на все немного со стороны. Я считала, что в этой профессии одни плюсы. Мне казалось, что это некая свобода, когда ты сам выбираешь себе режим работы. Это ощущение осталось и сейчас. Хотя я не очень дисциплинированный человек, и мне иногда не хватает жестких временных рамок. Со временем я поняла: труд художника - тяжелый труд. Ты сидишь сутками: болит спина, все болит! Вообще я работаю аккордно. Могу несколько дней не рисовать, а потом сидеть месяцами, спать по 4-5 часов в день.
- Чего бы ты хотела достичь в профессиональном плане?
- Я, конечно, слукавлю, если скажу, что не хочу быть востребованным, много выставляемым в галереях и покупаемым художником. Хотелось бы заниматься тем, чем я занимаюсь, и при этом чувствовать себя комфортно, получая не только моральное удовлетворение, но и финансовое.
- Лейла, ты работаешь с разными издательствами, уже вышли в свет более 25 книг, проиллюстрированных тобою, в проекте еще несколько. Как ты оцениваешь эту сферу сегодня?
- Время сейчас изменилось. Изменился очень и книжный рынок. Раньше книга существовала на другом уровне. Конечно, постепенно эта сфера будет возрождаться, уже возрождается. Но все равно сейчас все сложнее. Раньше, например, художник сам делал макет книги, сам выбирал сюжеты и место расположения иллюстраций. Сейчас ситуация немножко изменилась, хотя и не во всех издательствах. Теперь художнику дают уже готовый достаточно жесткий макет, где четко обозначены и ограничены места для иллюстраций. Конечно, художник сам выбирает сюжет, но возможности ограничены, потому что надо взять фрагмент из каких-то прилегающих страниц. Разброс составляет страниц 5, может быть, 10.
- Ты много и вдохновенно иллюстрируешь детскую литературу. А какую книгу тебе бы самой хотелось оформить больше всего?
- Частично эта мечта исполнилась. Это станковые листы к "Алисе в Стране чудес" Льюиса Кэрролла - моя дипломная работа. Я долгое время не любила читать, а вот "Алиса" оказалась первой книгой, которую я прочла с удовольствием. Это было классе во втором. С тех пор я ее перечитывала раз в полгода-год. И каждый раз открывала для себя что-то новое.
- Почему для этой выставки ты выбрала только пастели и обошла вниманием свою книжную графику?
- Я решила сделать акцент именно на своих творческих работах - не хочется разбивать выставку. И вообще мне кажется, что станковые работы и книжные иллюстрации спорят между собой, так что я не очень люблю их смешивать.
Алевтина Добротворская
Театральный Петербург, 15 (134) октябрь 2007 г.
Почти год назад на улице Бакунина прописалась небольшая, светлая и одновременно уютная художественная галерея ART re.FLEX. Однако эта история не о ней. О чем же тогда? Да о том, что с первого октября на целый месяц в этой уютной галерее поселились работы Лейлы Казбековой. Перефразируя классику советского кинематографа, о Лейле можно сказать: талантливый художник, замечательный книжный график, интересный собеседник и просто красавица.
Работы Лейлы бывают очень разными. Во-первых, потому что оформление книг и создание собственных картин - не похожие друг на друга виды творчества. В первом случае художник - сам себе хозяин, определяет себе тему. В книжной же иллюстрации тему диктует текст: от него никуда не деться. И если раньше художники решали, какие эпизоды будут визуализированы, то сейчас это в большей степени дело издательств. Есть еще и "во-вторых". Пастели Лейлы Казбековой - это неизменно пейзажи, в которых сторонний наблюдатель не встретит ни одной живой души. В них безраздельно царствует Флора, многоликая и совершенная. Тут нет ярких красок и открытых цветов. Сдержанная палитра картин успокаивает, обволакивает и вдохновляет на размышления о чем-то неуловимом, но бесспорно приятном. Сама Лейла утверждает, что такая цветовая гамма - теплая, бархатистая и спокойная - отражение ее самой.
В то же время ее иллюстрации наполнены юмором, жизнью и сочностью красок. Чего стоит одна только серия листов к "Приключениям Алисы в Стране чудес" Льюиса Кэрролла! С этим произведением у нашей героини вообще сложились особые отношения. "Алиса" оказалась первой книгой, которую Лейла прочитала с удовольствием. Дело было классе во втором: маленькая Лейла заболела, и мама принесла ей, не любившей читать вовсе, "Алису". Лейла пришла в восторг от книги и с тех пор перечитывает ее раз в полгода-год, постоянно открывая для себя что-то новое. Так что когда надо было определиться с темой диплома, выбор без колебания пал на "Алису".
После Кэрролла Лейла хотела проиллюстрировать сказки Гауфа. Ей представилась такая возможность, и она была счастлива, когда села перечитывать сказки, поняла, что некоторые из них - настоящие ужастики, которые детям читать просто нельзя. "И сейчас я сижу, ломаю голову. Есть сказки, которые я действительно хотела проиллюстрировать, я проработала их, уже начала претворять в жизнь, но есть несколько сказок, на которых я застряла, и ничего не могу с собой сделать", - откровенно признается Лейла.
Жаль только, что пока нет изданной "Алисы" с иллюстрациями Лейлы Казбековой, но все впереди. Наша героиня молода и талантлива, перед ней открыто множество дорог. Остается пожелать ей, чтобы все они вели в Страну чудес.
Алевтина Добротворская
Журнал "Эксперт Северо-Запад" №40 (342), 29 октября 2007
Есть в Питере такие помещения, как правило, на первых этажах. Просторные комнаты, по стенам которых развешаны картины или рисунки. Заходишь прямо сулицы и бродишь, разглядывая вывешенное. Некоторые покупают. Некоторые пишут отзывы вкнигу отзывов, ругательные или хвалительные, а некоторые просто уходят.
Мужчина и женщина
В двух галереях, расположенных в разных концах города, недавно открылись две выставки, различные почти во всем, но схожие в одном, немаловажном. В галерее Art. re. Flex, что на проспекте Бакунина, открылась выставка пастелей Лейлы Казбековой, а в галерее журнала «НОМИ» – выставка рисунков Андрея Пахомова.
Пастель – нежный, женский инструмент. Им хорошо изображать светящуюся туманную дымку. Казбекова рисует пастелью. Пахомов работает карандашом, сангиной, соусом. В этом случае никакого лирического тумана. Четкость, даже жесткость. Линия, а не цвет. Казбекова рисует пейзажи. Амстердам, Крым, питерские парки, пещерные города. Камни, дома, деревья, дороги.
Пахомов рисует ню. Обнаженную натуру. В галерее «НОМИ» он выставил 21 рисунок
Учитель иученица
Итак, разноцветный, чтобы не сказать пестрый, почти сказочный «ковер» Лейлы Казбековой и рисунки Пахомова, его угрюмые четкие линии, вовсем противоположны. Однако
Пахомов и Казбекова решают разные задачи. Скрывая лица своих персонажей, Пахомов тщательно прорисовывает ступни икисти. Это самое трудное. В конце 1960−х художник Ветрогонский ругался: «Во художнички пошли – руки в карманах, ноги в траве». Пахомов будто помнит эту давнюю насмешку и все свои силы бросает на то, в чем силен был
На одном рисунке стоящий мальчик с перебинтованной ногой смотрит вниз, на землю, но поскольку ступня у него скошена, то внимательный зритель моментально примыслит мальчику удивление:
Он изображает ад телесности. Голые натурщики, изображенные им, напряжены так, словно собираются выпрыгнуть из собственной кожи, из собственных жил, костей и сухожилий. Даже лежащий мальчик у него вывернут, как будто совершает некое серьезное мускульное усилие. Он непокоится, он свернут, словно пружина, напряжен, он не отдыхает, а готовится к прыжку.
Совсем не то у Лейлы Казбековой. Она рисует рай природных состояний, жары, холода, прохлады, света, тени. Как Пахомов исключает из своих рисунков человеческое лицо иглаза, хотя рисует человека и только человека, так и Лейла Казбекова исключает из своих пастелей людей, хотя рисует обжитые пространства. Город, парк, а если горы, то непременно с дорогами или прорубленными в скалах лестницами.
Лучше всего у Казбековой получается уютное безлюдье европейского города. Три ее Амстердама сказочны и узнаваемы. Тесно прижатые друг кдругу дома,
Общее
Однако что же общего между учителем, рисующим ад телесности, и ученицей, рисующей рай? Они –дети известных художников. Вгалерее «НОМИ» даже не побоялись серию выставок, начатую рисунками Андрея Пахомова, назвать «В тени отцов». Андрей Пахомов – сын советского художника Алексея Пахомова, в 1920−е годы – одного изучастников художественного объединения «Круг художников», в 1930−е –замечательного иллюстратора, в годы блокады – создателя мощного, страшного цикла зарисовок вымирающего города.
Лейла Казбекова – дочь питерского художника Латифа Казбекова, неуемного экспериментатора, только что не изготовляющего бумагу для своих рисунков и композиций.
Есть три отношения к собственной родословной. Одно – революционное, ниспровергательское. Я сам по себе. Я отталкиваюсь от прошлого и требую не сравнивать меня с теми, кто был доменя. Они –это они. А я–это я.
Другое –чванливое, псевдоаристократическое, когда человек принимается гордиться тем, что сделал не он, а те, кто были до него. Когда он воспринимает себя на пьедестале, воздвигнутом другими. И есть третье отношение, самое интересное, самое парадоксальное, – когда прошлое своей семьи, рода человек воспринимает не как возносящий его пьедестал, но как столб, давящий на него, вынуждающий быть покрайней мере не хуже, чем те, из среды которых он вышел. Это куда как трудно. Это куда как плодотворно.
«Лейла Казбекова». Галерея Art. re. Flex. «Втени отцов. Андрей Пахомов». Галерея «НОМИ»
http://www.expert.ru/printissues/northwest/2007/40/grafika
Никита Елисеев
У художника Лейлы Казбековой было уже четыре персональных выставки. Еще в жизни Лейлы были 25 книг, вышедших с ее иллюстрациями, и это значительно. Книжная графика непростительно игнорировалась последние десять лет: нормой на книжных страницах были компьютерные шаблоны. Сейчас забытое искусство возвращается, и сама Лейла говорит об этом с радостью, как с удовольствием создает визуальные образы тех причудливых миров, которые сочинили Гауф, Андерсен, русские сказители. По собственной инициативе Лейла Казбекова сделала 13 затейливых картинок к кэрроловской «Алисе в стране чудес» (на фото): на них, как и в самой сказке, «бегают фантазии на тоненьких ногах».